Vivimos en la Serendipia.  Esas casualidades no tan casuales, las coincidencias por sorpresa y encontrar lo inesperado, se han convertido en una dinámica para que Cynthia Lawson Jaramillo y Klaus Fruchtnis, se dejen llevar ante la espontaneidad misma que les ofrece el Espacio Urbano.   Para que surja este fenómeno, se debe tener un objetivo y dejar que las cosas sucedan; en este caso, éste foco podría ser la palabra que ellos semanalmente han elegido durante los últimos 3 años como motor de su proyecto Cross Urban.   Para que la casualidad los encuentre, los artistas han tenido que estar “allá afuera”, en el Espacio Urbano, en 63 ciudades, en continuo movimiento y en constante domesticación de lo inesperado.

Es ahí, en ese movimiento, donde el espíritu colaborativo que ha acompañado a Cross Urban, se ha extendido a quienes hoy viajamos dinamizando el proyecto para realizar su gira itinerante.  Es ahí donde el juego se torna más inclusivo porque casualmente los lunes definimos un objetivo semanal hacia el foco expositivo.  Así permitimos que las coincidencias nos encuentren y cuando estamos “allá afuera”,  en el Espacio Urbano de 4 ciudades, cada uno en su especialidad y sin ni siquiera conocernos físicamente, hemos dejado que surja nuevamente la Serendipia.

Vivimos en la co-creación.   A un ritmo vertiginoso hemos aportado conocimientos e ilusiones para co-producir la primera de varias paradas expositivas.  Hemos trazado una ruta (Nueva York, Tokio, Madrid, Londres y Bogotá), pero al tiempo hemos tejido una red que no sabemos a donde nos llevará.   ¿Ante la Serendipia?  lo mejor es la valentía y la acción inmediata porque las ideas son frágiles y se pueden esfumar al instante mismo de haber sido creadas.  Hoy, somos solo cinco colombianos, cada uno desde un punto del globo,  pero representamos un grupo de seguidores que comparten interés por el espacio urbano.  Inspirados por la sencilla metodología colaborativa de nuestros artistas, re-pensamos los modelos actuales de gestión e invitamos a vibrar a la academia, a instituciones, al mercado, los órganos diplomáticos y a diversos colectivos,  para que co-creemos nuevas iniciativas en torno al apropiamiento del Espacio Urbano. 

Vivimos en la innovación.  Los estímulos que tenemos como equipo multidisciplinar, multi-presencial y multi-tarea, nos llevan a la recursividad de un proyecto que se impulsa con ideas de vanguardia de la mano de técnicas virtuales propias de nuestra contemporaneidad.  Los hilos de unión entre los artistas y su equipo gestor, crean una experiencia grupal que está trascendiendo la individualidad característica del mundo del arte. 

Estas vivencias, como por supuesto el crecimiento plástico de Cross Urban durante su año de itinerancia, serán el pilar de un proyecto editorial.  Por ahora, hemos llegado a París de la mano de los artistas para conocer el lenguaje común que han logrado en una selección de 23 trípticos que presentamos en este catálogo.   El legado de es esta primera exposición es iniciar una amplia conversación al apropiarnos del significado de cada palabra elegida y entendiendo su imagen como embajadora del trazo de cada artista; para así encontrar las interesantes similitudes en torno al lugar, el tono, las formas, la armonía, el color, el mensaje, pero sobre todo, la magia de dialogar con un proyecto artístico global que convive a diario con las coincidencias.

Jimena Peña © 2011

Paris, the city of light and of urban landscapes frozen in time, is the perfect backdrop for the launch of Itinerant Cross Urban, a photographic project with important international dimensions. If we could trace a city protocol, Paris, without a doubt, would top the lists for its historical tradition and great cultural institutions. Additionally, it has a well-versed audience, who is also intelligent, sagacious, demands quality and exquisiteness, and does not stand improvisation. The reasons and references that link us to the city are multiple, but it is necessary to explain the why of the decision and for it we will mention some of the particularities inherent to the structure of Itinerant Cross Urban.

The starring roles of our story are Klaus Fruchtnis, Colombian, artist, traveler, expansive and in charge at the side of Cynthia Lawson Jaramillo, Colombian, artist, traveler, educator, and in charge. The script consists of the application of a methodology to develop the contents and of a system for conceptualizing defended by the continuity in the communication between the characters. The secondary roles are played by us, the professionals traveling as curators, critics, cultural producers and our inseparable Web 2.0 which allows us to ignore the geographical distances that separate us.

The story begins in 2008 with the development of a working methodology which is simple in its framing yet infinite in possibilities, which has a wide route as a starting point, international and inclusive because collaborative work while immersed in an individualistic world is in and of itself, a win-win. It consists of the visual interpretation of an unusual word picked at random from www.merriam-webster.com through two photographic responses. A visual play in which the individual characteristics dig their own grooves while the collaborative principle enriches the result in that it does not represent the end but the means via which the goal is reached. A work that demands continuity and which harmoniously integrates the particular interests of two artists committed to their practice. The ever-changing backdrops according to the mobility of the authors, enriches the proposal by continually renewing the rhetoric for each triptych and establishing new paradigms that are made visible in the interpretive ability of each work. In 2009 with the printing of the first book, we sailed the ocean of conceptualization while holding hands with the photographs, accompanied by the certainty and security of a project framed by contemporaneity and the solidity offered by these two serious artistic courses, observers of urbanity.

Paris, our first stop represents a great step for the future development of this trip. Not only because it concretizes the reaches of a discipline evidenced in a portfolio with more than 100 triptychs, but that additionally involves the professional action of a group of Cross Urban lovers.

There is a peculiarity with regards to the learning – an inescapable reference when considering this work formula. A routine becomes a habit and a habit becomes a discipline. This is Cross Urban – a discipline that itinerates around the world exhibiting the relationship between the visual and the written language.

Considering the multilingual character of Cross Urban, its curation contemplates, for the Paris catalogue, to only highlight a word that in addition to being easily understood in different languages, is ambassador of each artist’s mark, witness of their visual acuity y additionally carrier of the conceptual character of the body of work.

inexorable \i-NEK-suh-ruh-bul\ adjective
not to be persuaded, moved, or stopped: relentless

About the images: the majesty present in the architectural forms that pose in front of the camera as urban models. The importance of the multi-reflection as an element that highlights the landscape quality, widely treated, in the artists’ work.

The sonority, the silence, the gaze’s rhythm and firmness and the accompaniment of a definition that describes the tenacity of a group of Colombians passionate about the same objective.

Our trip contemplates five additional destinations and one great editorial project that will become the visual manifestation of a group of words dragged by the wind. Travel with us.

Estefania Sokoloff © 2011

Помимо вышеописанных факторов, система любого города обусловливается и некоторыми индивидуальными особенностями. На город влияют среди многих других факторов его географическое положение, его жители, администрация. Все это делает город уникальным, неповторимым.

Возникает вопрос: а что представляют собой наши взаимоотношения с городом? Город, в котором мы живем, нам знаком. Мы его прочувствовали, видели его днем, ночью, знаем, как происходит в нем смена времен года. Иначе говоря, он стал нашей средой обитания – местом, которое мы знаем, частью которого мы стали. Мы легко в нем ориентируемся. Нам знакомо то, что мы видим, и обычно нам не нужно никакое навигационное устройство, но даже если возникает необходимость им воспользоваться, мы очень быстро определяем, куда идти.

Знакомое нам место не абстрактно. Через наши знания оно приобретает очертания. А что происходит, если нас поместить в среду, абсолютно нам не знакомую, место, где мы раньше не бывали? Мы тут же чувствуем свою незащищенность, и это чувство вызвано нашим представлением об этом новом месте, как о некой абстракции. Эта абстрактность – следствие нашей оторванности от места: мы не ориентируемся на местности и – что еще более усугубляет ситуацию – не знаем языка, на котором здесь говорят. Абстрактность означает оторванность и как результат – отчуждённость. Однако чтобы познакомиться с местом, установить взаимоотношения с ним, главное – привязка, которой можно добиться через согласованную систему взаимодействий. Эта система взаимодействий вырабатывается исключительно посредством взаимопонимания. Если человек и урбанистическое пространство не соответствуют друг другу, понимания не будет, и, таким образом, не будет выстроена согласованная система взаимодействий.

В этом случае роль города и собственные нужды должны быть полностью переосмыслены. Для человека, не знакомого с городом, он становится чужим местом, далеким от интеллектуальных сфер и низведенным до эмоционального уровня. Сторонний наблюдатель не может полагаться на интеллектуальные выводы, а только на эмоциональные суждения: визуальные, осязательные и т.д.

Здесь возникает вопрос: как мы воспринимаем городскую среду? Человеческий мозг лучше всего оперирует символами. Как подтверждают археологические находки, наши предки пытались выражать свои мысли с помощью пиктографического письма, т.е. через символы. Можно сделать вывод, что высказывания, переданные с помощью символов – наиболее естественны для человеческого мозга. Последовательность символов складывается в код, разгадать значение которого пытается автор.

Городская среда и человеческий разум, как через свои работы стремится показать Клаус Фручтнис (Klaus Fruchtnis), функционируют на основе различных кодов и состоят из кодов – одновременно и доступных для понимания, и с трудом понятных тем, кто с ними не знаком. Фручтнис исследует, как коды образовывают новый язык ориентирования на местности, и оспаривает изложенное выше мнение об абстрактности незнакомого места. Он использует город в качестве художественного ресурса, как живописец использует холст для иллюстрирования бессознательного процесса поиска.

Фручтнис также экспериментирует с образами, тем самым ставя под сомнение наш способ восприятия места. Он использует сложные техники визуализации, как, например, в своем 3d изображении Московского Кремля, одного из символов России. Художник по сути разрушает привычный образ Кремля, раскладывает его на простейшие визуальные компоненты, бросая вызов восприятию зрителя. Как все в этом мире состоит из молекул, так и Кремль в интерпретации Фручтнис состоит из мелких точек, которые складываются в единый образ только если смотреть на изображение издали. Он открывает глубинный, скрытый код, являющийся основой нашего восприятия конкретного места – как оно становится нам знакомым или привычным. Это исследование указанного понятия визуальности и узнавания и есть ведущая нить выставки. Художник исследует наше видение связи места и его изучения.

Так как исследование какой-либо территории чаще всего случайная попытка, то по своей сути оно произвольно. Тем не менее чувственные стимулы, символы и коды могут исподволь указать человеку правильную дорогу и превратить произвольность в бессознательно управляемый процесс. Поскольку город переполнен символами и кодами, можно утверждать, что произвольность и случайность в нем исключены, вместо них – бессознательное направление разума. Это еще раз показывает, что символы – неотъемлемая часть городской среды и играют важную роль в процессе ее познания. Благодаря им абстрактность исчезает, появляется смысл, и это делает символы важной частью городской среды, в которой они вытесняют имеющиеся знания и стимулируют процесс непосредственного понимания.

Существенное отличие карт в том, что они не могут читаться произвольно или абстрактно, они жестко структурированы и представляют двухмерное пространство. Поскольку любая территория всегда трехмерна, Фручтнис создает из карт трехмерные объекты, тем самым ставя под сомнение их пространственные характеристики, и в то же время делая их непригодными для использования по изначально определенному назначению. Они теряют практическую ценность. Они становятся инструментом иного исследования, в котором они утрачивают практическую составляющую, становясь частью игры в образы. Карты сами становятся объектами исследования, в котором они превращены в трехмерные объекты. Они приобретают рельефность. Им предали форму и тем самым, можно сказать, дополнительно усложнили, в то время как изначальная функция – утеряна; они также становятся, как и незнакомый город, абстрактным объектом и новой формой кода самих себя.

Эта выставка – попытка исследовать безграничность значений, содержащихся в кодах, и делает вызов устоявшемуся представлению о пространстве и его восприятии.

Фрэнк Фэлтенс, арт-критик, исследователь Колумбиского Университета, Нью-Йорк

C0mm0n f0r 4n 0p3n d1g174l 3nv1r0nTm3n7
BY FR4NK F3L73NS

7h1s 4m81gu0us ur84n 3n717y, c0mm0nly c4ll3d “7h3 c17y” is utt3rly c0mpl3x. 7h3 c0mm0n f0rmul4 is, 7h3 81gg3r 17 g3ts 7h3 m0r3 17s c0mpl3x17y 1ncr34s3s 4cc0rd1ngly. H0w3v3r, m3r3 s1z3 1s n07 7h3 s1ngl3 d3t3rm1n1ng f4c70r 1n c0mpl3x17y. S1m1l4rly, s7ruc7ur3 r3nd3rs 4n 3nt1ty c0mpl3x. Wh1l3 17 m4y b3 4rgu3d 7h47 s1z3 4nd s7ruc7ur3 4r3 1n73r7w1n3d, 0r 7h3 81gg3r s0m37h1ng 83c0m3s, 7h3 m0r3 c0mpl3x 17s s7ruc7ur3 1s, 1s b07h 7ru3 4nd f4ls3 f0r 7h3 c17y. 17 1s 4 f4c7 7h47 4n ur84n 3nv1r0nm3n7′s s7ruc7ur4l c0mpl3x17y w17n3ss3s 4 dr4s71c 1ncr34s3 7h3 m0r3 17 gr0ws. St1ll, 4 sm4ll ur84n c0mpl3x may 4ls0 b3 u773rly c0nfus1ng 4nd d1ff1cul7 7o n4v1ga73 – 1n 07h3r w0rds 17s s7ruc7ur3 1s c0mpl3x, wh1l3 17 1s s71ll sm4ll 1n s1z3.

4part fr0m 7h3 du4l r3l4710nsh1p 4b0v3, 4ny c17y 1s s7r0ngly d373rm1n3d by 17s 1nd1v1du4l sp3c1f1cs. a c17y 1s su8j3c7 70 17s g30gr4phy, 71s 1nh48174n7s, 71s 4dm1n1s7r4710n, 4m0ng m4ny 07h3r d373rm1n1ng f4c70rs. 4ll 0f 7h3m sh4p3 17 1n70 4 s1ngul4r, ch4r4c73r1s71c 3n717y, n07 7o 83 f0und 1d3n7ic4lly 4nywh3r3 3ls3.

7h1s r41s3s 7h3 qu3s710n, wh47 1s 0ur r3l4710nsh1p w17h 7h3 c17y? 7h3 c17y w3 l1v3 1n, w3 kn0w. W3 h4v3 3xp3ri3nc3d 17, h4v3 s33n 17 1n 8r04d d4yl1gh7, 47 n1gh7, w3 h4v3 s33n 17s s34sons. 1n 07h3r w0rds, 17 h4s 83c0m3 0ur h4bi74t – 4 pl4c3 w3 kn0w, 4 pl4c3 w3 83l0ng. W3 n4v1g4t3 fr33ly, kn0w1ngly 7hr0ugh 7h3 s7r337s 0f qu4r73rs w3 4r3 f4m1l14r w17h. W3 kn0w wh47 w3 s33 4nd w3 4r3 usu4lly n07 1n n33d 0f n4v1g4t10n4l d3v1c3s, 4nd 1f w3 4r3 w3 qu1ckly d3t3rm1n3 0ur w4y 8y us1ng 7h3m.

4 pl4c3 w3 kn0w 1s n07 4bs7r4c7. 17 b3c0m3s c0ncr373 7hr0ugh 0ur kn0wl3dg3 0f 17. H0w3v3r, wh47 1f w3 w3r3 pl4c3d 1n 4n 3nv1r0nm3n7 fully unkn0wn 7o us, 4 pl4c3 w3 h4v3 n3v3r b33n 83f0r3. W3 4r3 1mm3d14tely 1ns3cur3 4nd 7h1s 1ns3cur17y 1s 7r1gg3r3d 8y 8ur p3rc3p710n 0f 7h1s n3w pl4c3 4s 48s7r4c7. 7h1s 4bs7r4c7n3ss is 7r1gg3r3d 8y 0ur d374chm3n7 fr0m 7h3 pl4c3, 4s w3 l4ck kn0wl3dg3 0f l4ndm4rks 4nd 17 1s 3v3n fur7h3r 1ncr34s3d 8y n07 831ng f4m1l14r w17h 7h3 l4ngu4g3 sp0k3n. 4bs7r4c7n3ss m34ns d374chm3n7, 4nd 7h31r r3sul7 1s 4l13n4710n. 0n 7h3 c0n7r4ry, 70 3s74bl1sh 4 r3l4710nsh1p 0r f4m1l14r17y w17h 4 pl4c3, 7h3 m41n pr3r3qu1s1t3 1s 477achm3n7, wh1ch c4n 0nly 83 4ch13v3d 7hr0ugh 4n 3s7abl1sh1ng c0mm0n m0d3 0f 0p3r4710n. 7h1s m0d3 f0unds 17s3lf s0l3ly 0n mu7u4l und3rs74nd1ng. 1f 4 p3rs0n 4nd 7h3 ur84n sp4c3 17 1s 4r3 n07 c0rr3sp0nd1ng, th3r3 w1ll 83 n0 und3rs74nd1ng 4nd 7hus 7h3y w1ll n07 3s74blish 4 c0mm0n m0d3.

1n 7h1s c4s3, 7h3 r0l3 0f 7h3 c17y 4nd 0n3′s 0wn n33ds 7o 83 fund4m3n74lly r3c0ns1d3r3d. 70 7h3 p3rs0n n07 f4M1l14r w17h 4 c17y, 17 83c0m3s 4n 4l13n pl4c3, f4r r3m0v3d fr0m 7h3 1n73ll3c7u4l sph3r3 4nd r3duc3d 7o 7h3 sph3r3 0f s3ns3s. 7h3 unkn0wl3dg34bl3 sp3c7470r c4nn07 r3ly 0n 1n73ll3c7u4l c0ns1dEr4710ns, 8u7 0n s3nsu4l s71muL1 – v1su4L, h4p71c, 4ud170ry 70 n4m3 0nly 4 f3w.

7h1s 4r1s3s 7h3 qu3s710n 0f h0w w3 p3rc31v3 0ur ur84n 3nv1r0nm3n7. 7h3 hum4n m1nd func710ns 83st w17h sym80ls. 4s 4rch430l0g1c4l f1nd1ngs pr0v3 70 us, 34rly hum4ns s0ugh7 70 3xpr3ss 7h3ms3lv3s 8y m34ns 0f s1mpL1f13d p1c70r14l 3xpr3ssi0ns, i.e. sym80ls. 7h1s 3n4Bl3s 7h3 c0nclus10n 7h47 sym80L1c 3xpr3ss10ns 4r3 7h3 m34ns m0s7 1nh3r3n7 70 7h3 hum4n 8r41n f0r 4ch13v1ng mu7u4l und3rs74nd1ng. 4 c0m81n4710n 0f sym80ls f0rms 4 c0d3, f0r wh0s3 m34n1ng 7h1S 3xh181710n s34rch3s.

Ur84n sp4c3 4nd 7h3 hum4n m1nd, 4s Kl4us Fruch7n1s s33ks 70 c0nv3y 7hr0ugh h1s 4r7w0rk, fund4m3n74lly func710ns w17h 4nd c0ns1s7s 0f v4r10Us c0d3s – 807h re34d1ly 1n73ll1g18l3, 4s w3ll 4s h4rd 7o gr4sp f0r 7h0s3 unf4m1l14r w17h 7h3m. Fruch7n1s 1nqu1r3s up0n h0w c0d3s f0rm 4 n3w, p4r7ly mu7u4l l4ngu4g3 f0r n4v1g4710n 4nd 7h3r3f0r3 qu3s710ns 7h3 480v3 d1scuss3d 48s7r4c7 n0710n 0f 4n unkn0wn pl4c3. H3 us3s 7h3 c17Y 4s 4n 4r7is7ic r3s0urc3, l1k3 4 p41nt3r us3s 4 c4nv4s 7o 1llus7r473 7h3 unc0nsc10Us pr0c3ss 0f 3xpl0rA710n.

Fruch7n1s 4ls0 3xp3rim3n7s w17h v1su4l17y, 7hus qu3s710n1ng 7h3 w4y w3 p3rc31v3 4 pl4c3. 3mpl0y1ng s0ph1s71c473d 73chn1qu3s 0f v1su4l r3pr3sen74710n, such 4s 4 3d1m3nsI0n4l dEp1c71on 0f 7h3 Kr3ml1n, 4 Russ14n sym80l 4nd l4ndm4rk 0f M0sc0w. 7h3 4r71s7 l173r4lly d3s7r0ys 7h1s sym80l 4nd r3duc3s 17 70 17S b4s1c v1su4l c0mp0n3n7s 1n 0rd3r 70 ch4ll3ng3 7h3 v13w3r’s p3rc3p71on 0f 17. Jus7 4s 3v3ry7h1ng 1s c0mp0s3d 0f m0l3cul3s, Fruch7n1s r3duc3s 7h1s l4ndm4rk’s d3p1c710n 70 sm4ll d07s 7h47, 0nly wh3n v13w3d fr0m 4f4r, r3v34l 7h3 full p1c7ur3. H3 7h3r3f0r3 m4k3s v1s1bl3 7h3 und3rly1ng 1nv1s18le c0d3 7h47 1s 7h3 fund4m3n74l 4sp3c7 0f h0w w3 p3rc31v3 4 pl4c3 – And h0w 17 83c0m3s f4m1l14r 0r c0mm0n 70 us. 7h1s ch4ll3ng1ng 0f g1v3n n0710ns 0f v1su4l17y 4nd f4m1l14r17y 1s 4 c0n71nu0us curr3n7 0f 7h1s 3xhi8i710n. 7h3 4r71s7 1nv3s71g473s 0ur v1s10n 1n c0nn3ct10n 70 4 pl4c3 4nd 3xpl0r4710n 0f 17.

S1nc3 3xpl0r4710n 1s 4 p3r ch4nc3 3nd34v0r, 17 1s 1nh3r3n7ly 4r8i7r4ry. H0w3v3r, s3nsu4l s71mul1, sym80ls 4nd c0d3s m1gh7 unc0nsc10usly l34d 7h3 p3rs0n 0n 4nd 4lt3r 7h3 4rb17r4r1n3ss 1n70 4n unc0nsciously gu1d3d pr0c3ss. 4s 4 c17y 1s 0v3rfl0w1ng w17h such 3l3m3n7s 0f s71mul4710n 4nd sym80l1c m34ning, 0n3 c4n 4rgu3 7h4t 4r8itrariness 4nd ch4nce 1s rul3d 0u7 8y 7h3 unc0nsc10us d1r3c710n 0f 7h3 m1nd. 7h1s 4g41n 1nd1c473s 7h47 sym80ls 4r3 1nd1sp3ns4bl3 4nd 7h3ir r3l4710n 70 ur84n sp4c3 1s 0f u773r 1mp0r74nc3 f0r 0ur und3rs74nd1ng 0f 17. 7h3y d1ffus3 48s7r4c7n3ss 4nd 1nfus3 m34n1ng, wh1ch m4k3s 7h3m 4 cruc14l p4rt 0f ur84n sp4c3 1n 7h47 7h3y su8s717u73 pr10r kn0wl3dg3 4nd f0s73r 1mm3d1473 und3rs74nd1ng.

3ss3n714l 70 n0n-48s7r4c7 4nd n0n-4rb17r4ry 3xpl0r4710n 4r3 m4ps, 4n su8s74n714lly 2d1m3ns10n4l r3ndi710n 0f 4 sp471lly c0mpl3x 3n717y – 4 pl4c3. S1nc3 4 pl4c3 1s 4lw4ys 4 3dim3ns10n4l 7H1NG, Fruch7n1s cr3473s 3d1m3ns10n4l 80d13s fr0m m4ps, 7hus qu3s710n1ng 7h31r sp4714l ch4r4c73r1s71cs, wh1l3 a7 7h3 s4m3 t1m3 r3nd3r1ng 7h3m dysfunc710n4l. 7h31r 0r1g1n4l, pr4c71c4bl3 us4g3 1s v01d3d. 7h3y 83c0m3 4 700l 0f 3xpl0r4710n 0f 4 d1ff3r3nt s0r7 1n 7h47 7h3y l00se func710n wh1l3 b31ng tr4nsf0rm3d 1n 4 pl4y w17h v1s10n. 7h3 m4ps 7h3ms3lv3s 7hus 83com3 4n 08jec7 0f 3xpl0r4710n 1n 7h47 7h3y n0w 700 4r3 4 3d1m3ns10n4l 80dy. 7h3y h4v3 g41n3d t0p0gr4ph1cal f34tur3s. 7h3y 4r3 g1v3n s7ruc7ur3 4nd 7h3r3f0r3, 0n3 m1gh7 say, 7h31r c0mpl3x17y 1ncr34s3s 4nd 4dd1t1onally, s1nc3 7H31R 0r1g1n4l func710n 1s r3nd3r3d v01d, 7H3S3 M4PS 4ls0 83c0m3, jus7 l1k3 unknown 3N71713S, 4n 48s7r4c7 3n7i7y 4nd 4 n3w f0rm 0f c0d3 1n 7h3ms3lv3s.

7h1s 3xh181710n 3xpl0r3s 7h3 vas7n3ss 0f m34n1ng 7h4t l13s w1th1n c0d3s 4nd ch4ll3ng3s g1v3n n0710ns 0f sp4c3 4nd 0ur p3rc3p710n 0f 17.

This ambiguous urban entity, commonly called “the city” is utterly complex. The common formula is, the bigger it gets the more its complexity increases accordingly. However, mere size is not the single determining factor in complexity. Similarly, structure renders an entity complex. While it may be argued that size and structure are intertwined, or the bigger something becomes, the more complex its structure is, this is both true and false for the city. It is a fact that an urban environment’s structural complexity witnesses a drastic increase the more it grows. Still, a small urban complex may also be utterly confusing and difficult to navigate – in other words its structure is complex, while it is still small in size.

Apart from the dual relationship above, any city is strongly determined by its individual specifics. A city is subject to its geography, its inhabitants, its administration, among many other determining factors. All of them shape it into a singular, characteristic entity, not to be found identically anywhere else.

This raises the question, what is our relationship with the city? The city we live in, we know. We have experienced it, have seen it in broad daylight, at night, we have seen its seasons. In other words, it has become our habitat – a place we know, a place we belong. We navigate freely, knowingly through the streets of quarters we are familiar with. We know what we see and we are usually not in need of navigational devices, and if we are we quickly determine our way by using them.

A place we know is not abstract. It becomes concrete through our knowledge of it. However, what if we were placed in an environment fully unknown to us, a place we have never been before. We are immediately insecure and this insecurity is triggered by our perception of this new place as abstract. This abstractness is triggered by our detachment from the place, as we lack knowledge of landmarks and it is even further increased by not being familiar with the language spoken. Abstractness means detachment, and its result is alienation. On the contrary, to establish a relationship or familiarity with a place, the main prerequisite is attachment, which can only be achieved through establishing common mode of operation. This mode founds itself solely on mutual understanding. If a person and the urban space are not corresponding, there will be no understanding and thus they will not establish a common mode.

In this case, the role of the city and one’s own needs to be fundamentally reconsidered. To the person not familiar with a city, it becomes an alien place, far removed from the intellectual sphere and reduced to the sphere of senses. The unknowledgeable spectator cannot rely on intellectual considerations, but on sensual stimuli – visual, haptic, auditory to name only a few.

This arises the question of how we perceive our urban environment. The human mind functions best with symbols. As archaeological findings prove to us, early humans sought to express themselves by means of simplified pictorial expressions, i.e. symbols. This enables the conclusion that symbolic expressions are the means most inherent to the human brain for achieving mutual understanding. A combination of symbols forms a code, for whose meaning this exhibition searches.

Urban space and the human mind, as Klaus Fruchtnis seeks to convey through his artwork, fundamentally functions with and consists of various codes – both readily intelligible, as well as hard to grasp for those unfamiliar with them. Fruchtnis inquires upon how codes form a new, partly mutual language for navigation and therefore questions the above discussed abstract notion of an unknown place. He uses the city as an artistic resource, like a painter uses a canvas to illustrate the unconscious process of exploration.

Fruchtnis also experiments with visuality, thus questioning the way we perceive a place. Employing sophisticated techniques of visual representation, such as a 3dimensional depiction of the Kremlin, a Russian symbol and landmark of Moscow. The artist literally destroys this symbol and reduces it to its basic visual components in order to challenge the viewer’s perception of it. Just as everything is composed of molecules, Fruchtnis reduces this landmark’s depiction to small dots that, only when viewed from afar, reveal the full picture. He therefore makes visible the underlying invisible code that is the fundamental aspect of how we perceive a place – and how it becomes familiar or common to us. This challenging of given notions of visuality and familiarity is a continuous current of this exhibition. The artist investigates our vision in connection to a place and exploration of it.

Since exploration is a per chance endeavor, it is inherently arbitrary. However, sensual stimuli, symbols and codes might unconsciously lead the person on and alter the arbitrariness into an unconsciously guided process. As a city is overflowing with such elements of stimulation and symbolic meaning, one can argue that arbitrariness and chance is ruled out by the unconscious direction of the mind. This again indicates that symbols are indispensable and their relation to urban space is of utter importance for our understanding of it. They diffuse abstractness and infuse meaning, which makes them a crucial part of urban space in that they substitute prior knowledge and foster immediate understanding.

Essential to non-abstract and non-arbitrary exploration are maps, a substantially 2dimensional rendition of a spatially complex entity – a place. Since a place is always a 3dimensional thing, Fruchtnis creates 3dimensional bodies from maps, thus questioning their spatial characteristics, while at the same time rendering them dysfunctional. Their original, practicable usage is voided. They become a tool of exploration of a different sort in that they loose function while being transformed in a play with vision. The maps themselves thus become an object of exploration in that they now too are a 3dimensional body. They have gained topographical features. They are given structure and therefore, one might say, their complexity increases and additionally, since their original function is rendered void, these maps also become, just like an unknown city, abstract entities and a new form of code in itself.

This exhibition explores the vastness of meaning that lies within codes and challenges given notions of space and our perception of it.

(Frank Feltens – Art historian, researcher at Columbia University, New York).

http://www.blurb.com/bookstore/detail/1295927

Photos by Cynthia Lawson jaramillo & Klaus Fruchtnis
Text by Estefania Sokoloff

Well, this is it !

Cynthia finished with this photo. I picked one element of her photograph to take mine.  You can check our collaboration on http://kfruchtnis.free.fr/pages/photography/thing-a-day03.html

You can also check this last week on http://kfruchtnis.free.fr/pages/photography/thing-a-day03.html#week4

Posted via email from thing-a-day 2010